home


Авторизация

Рейтинг




main_image

Царь-девица - 02

- Фу-фу! - говорит.-Русского духу слыхом было не слыхать, видом не видать, а ныне сам пришел. Волей али неволей, добрый молодец?
- Сколько волею, а вдвое неволею! Не знаешь ли, где тридесятое царство?
- Нет, не знаю! - отвечала ягая и велела ему зайти к своей младшей сестре: та, может, и знает.- Коли она на тебя рассердится да захочет съесть тебя, ты возьми у ней три трубы и попроси поиграть на них: в первую трубу негромко играй, в другую погромче, а в третью еще громче.
Иван, купеческий сын, поблагодарил ягую и отправился дальше.
Шел, шел, долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли, наконец увидал избушку - стоит в чистом поле, на куричьих голяшках повертывается; взошел - и тут баба-яга.
Фу-фу! Русского духу слыхом было не слыхать, видом не видать, а нынче сам пришел! - сказала ягая и побежала зубы точить, чтобы съесть незваного гостя.
Иван, купеческий сын, выпросил у ней три трубы, в первую негромко играл, в другую погромче, а в третью еще громче. Вдруг налетели со всех сторон всякие птицы; прилетела и жар-птица.
- Садись скорей на меня,- сказала жар-птица,- и полетим, куда тебе надобно; а то баба-яга съест тебя!
Только успел сесть на нее, прибежала баба-яга, схватила жар-птицу за хвост и выдернула немало перьев.
Жар-птица полетела с Иваном, купеческим сыном; долгое время неслась она по поднебесью и прилетела, наконец, к широкому морю.
- Ну, Иван, купеческий сын, тридесятое царство за этим морем лежит; перенесть тебя на ту сторону я не силах; добирайся туда, как сам знаешь!
Иван, купеческий сын, слез с жар-птицы, поблагодарил и пошел по берегу.
Шел, шел,- стоит избушка, взошел в нее; повстречала его старая старуха, напоила-накормила и стала спрашивать: куда идет, зачем странствует? Он рассказал ей, что идет в тридесятое царство, ищет царь-девицу, свою суженую.
- Ах! - сказала старушка.- Уж она тебя не любит больше; если ты попадешься ей на глаза - царь-девица разорвет тебя: любовь ее далеко запрятана!
- Как же достать ее?
- Подожди немножко! У царь-девицы живет дочь моя и сегодня обещалась побывать ко мне; разве через нее как-нибудь узнаем.
Тут старуха обернула Ивана, купеческого сына, булавкою и воткнула в стену.
Ввечеру прилетела ее дочь. Мать стала ее спрашивать: не знает ли она, где любовь царь-девицы запрятана?
- Не знаю,- отозвалась дочь и обещала допытаться про то у самой царь-девицы.
На другой день она опять прилетела и сказала матери: - На той стороне океана-моря стоит дуб, на дубу сундук, в сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо, а в яйце любовь царь-девицы!
Иван, купеческий сын, взял хлеба и отправился на сказанное место; нашел дуб, снял с него сундук, из него вынул зайца, из зайца утку, из утки яйцо и воротился с яичком к старухе.
Настали скоро именины старухины; позвала она к себе в гости царь-девицу с тридцатью иными девицами, ее назваными сестрицами; энто яичко испекла, а Ивана, купеческого сына, срядила по-праздничному и спрятала. Вдруг в поддень прилетают царь-девица и тридцать иных девиц, сели за стол, стали обедать; после обеда положила старушка всем по простому яичку, а царь-девице то самое, что Иван, купеческий сын, добыл. Она съела его и в ту ж минуту крепко-крепко полюбила Ивана, купеческого сына.
Старуха сейчас его вывела; сколько тут было радостей, сколько веселья! Уехала царь-девица вместе с женихом - купеческим сыном в свое царство; обвенчались и стали жить, да быть, да добро копить.
 

16.jpg