home


Авторизация

Рейтинг




main_image

Красавец Палко - 04

С тем и распрощалась с Палко младшая королевна, наказала ему выспаться хорошенько и уж завтра глядеть в оба глаза.
Послушался Палко ее совета, лег и заснул как убитый. А как забрезжил рассвет, встал и пошел на задний двор, к конюшне. Уж издали слышно было: там они, кони чистопородные, ржут, копытами бьют, танцуют. Ох, Палко, держись, сейчас дадут тебе жару! Открыл он ворота, а кони, все пять, ну лягать его, у бедняги искры из глаз посыпались. Да только он был парень не промах: изловчился, прут железный схватил и на жеребца вороного кинулся; дубасит его, колотит почем зря. Не выдержал наконец вороной, упал, ясли грызет от боли и злобы. Взнуздал его Палко уздою медною, птицей взлетел ему на спину, жеребец - за порог и помчался быстрее вихря. Скакал, скакал, весь пеной покрылся, тут Палко его назад повернул, в конюшню завел.
Так же с вороной кобылой случилось и с двумя молодыми кобылками игреневыми; когда же до серой кобылки дело дошло, он ее бить не стал, по настилу да по яслям прутом колотил понарошку и кричал громким голосом. Она, конечно, недолго артачилась.
- Слышишь, - говорит жеребцу вороная кобыла, - говорила же я тебе, что выдала нас кобылка серая, дрянь несчастная. Из-за нее муки адские принять нам пришлось, ну теперь-то они поплатятся оба.
Услышал Палко эти слова, шепчет серенькой в самое ухо:
- Слышала ты, что твоя мать говорит?
- Слышала, слышала. Прыгай, Палко, в седло, и помчимся отсюда ветра быстрей, здесь нам не будет житья, изведут они нас.
Ух и помчались они! Ноги кобылки молоденькой земли не касались, летела она птицы быстрее, ветра быстрее, даже мысли быстрее, через долы и горы, через леса и поля, через реки, озера, моря; семь дней, семь ночей дух не переводя скакала. На восьмой день сказала:
- Оглянись-ка, Палко, что ты там видишь?
- Орла вижу могучего, из клюва огонь полыхает, вслед за нами летит.
- Так знай же: это отец мой, он вот-вот нас догонит. Слушай, я сейчас перекувырнусь через голову и стану гречишным полем, а ты перекувырнешься - сторожем на том поле станешь. Если спросит отец, не видал ли ты парня на молодой кобылке серой масти, скажи, что видел, когда в поле этом гречиху сеяли.
Так все и вышло. Орел подлетел к Палко-сторожу, спрашивает:
- Эй, землячок, не видел ли парня красивого на молодой серой кобылке верхом?
- Как же, видел, здесь проезжали, когда гречиху вот эту сеяли. Тому недели четыре, если не больше.
- Нет, это не те, что мне нужны,- сказал орел и полетел назад, во дворец.
 Рассказал королеве, где летал, кого видал, что услышал.
- Эх, недотепа,- взвилась королева, злая-презлая,- да ведь полем гречишным дочь твоя обернулась, а сторожем - Палко. Обвели они тебя, задурили голову. Лети поскорей, догони их!
Король, дух не переводя, опять орлом в погоню кинулся. А лошадка серая в это время мчалась через горы и долы, подальше от отчего дома, да только стала она уставать, вот уж орел их настигает.
- Оглянись, Палко, что ты там видишь?
- Вижу, орел за нами летит, из клюва огонь так и пышет.
- Беда, догоняет нас отец. Перевернемся скорей через голову, я стану овечкой, ты - пастухом; спросит отец, не видел ли всадника на серой кобыле, скажешь, видел, а было это, когда старая овца окотилась, эту овечку как раз принесла.
Опять орел ни с чем домой улетел, вернулся сердитый-пресердитый.
- Нет там никого,- говорит.- Одна овечка пасется, и пастух с нею ходит.
Вот когда королева в настоящую ярость пришла.
- Дурень ты старый, - говорит она королю, - овечка ведь дочь твоя, а пастух тот - Палко. Лети догоняй, да гляди, чтоб опять не остаться с носом.
Полетел король, опять в орла обратившись, крыльями машет, небо задевает. Серая лошадка с Палко бежит, только очень уже устала она.
- Обернись назад, Палко, что ты видишь там? Вроде бы огнем оттуда несет, опаляет меня.
- Вижу орла, опять он нас догоняет, а из клюва огонь, весь небосвод задымил.
- Ну, Палко, если не успеем через голову перевернуться, конец нам. Я теперь стану часовней, а ты - отшельником в ней. Спросит тебя отец, не видал ли всадника на кобылке серой, отвечай, что видел, мол, когда часовенку строили.
Только успели они в часовню да в отшельника обернуться, орел уж тут как тут, вокруг всю траву пожег, спрашивает:
- Эй, святой отшельник, скажи, не проезжал тут всадник на серой кобылке?
 

7.jpg